Тото Вольфф слишком много знал о перспективах «Астон Мартин».

«Формула-1» еще не вышла с летнего перерыва – а в «Мерседес» уже прилетел мощнейший удар. Причем не руками «Ред Булл» или дотошных журналистов, раскопавших несоответствие регламенту какой-нибудь новинки с W12 Хэмилтона – все намного серьезнее. Потенциально шефу семикратных чемпионов Тото Вольффу уже в ближайшее время придется нанимать несколько очень дорогих адвокатов, много оправдываться в судах и вообще слегка отвлечься от гонок.

Просто по информации расследовательского отдела «Журнала Монреаля», регулятор фондовых бирж Германии BaFin еще с ноября 2020-го изучал сделки босса «Мерседеса» по покупке акций холдинговой компании, контролирующей завод «Астон Мартин». В итоге немцы недавно передали всю информацию британскому регулятору FCA (Управление по финансовому регулированию и надзору) – поскольку акции английской компании торгуются именно там. Причина – подозрения в инсайдерской торговле.

По данным расследования, в апреле 2020-го Вольфф купил долю «Астон Мартин» в 0,95 процента у консорциума Лоренса Стролла – на тот момент владельца команды «Ф-1» «Рейсинг Пойнт» и миллиардера с состоянием в $4 млрд по оценке Forbes. Сделку провернули через три-четыре месяца после вхождения группы канадца в капитал английской компании – тот заплатил около $450 млн за 25% акций с обязательством инвестировать в развитие марки еще около миллиарда. Доля Тото, как вы понимаете, не так уж велика – судя по стоимости ценных бумаг на бирже в тот момент, он мог потратить на сделку около $36 миллионов. Однако для регуляторов при расследовании инсайдерской торговли суммы покупки или продажи не имеют принципиального значения – влететь можно и за лот в $100 тысяч.

Инсайдеская торговля – неконкурентный способ обогащения. За него даже дают тюремный срок

По установкам Комиссии по ценным бумагам США (SEC), инсайдер – человек, удерживающий более 10% акций и потому автоматически включенный в процесс управления – ни одно важное решение не может быть принято без его ведома. Но в разных юрисдикциях существуют разные трактовки: чаще всего приходят к определению инсайдера как человека, обладающего доступом к закрытой для публики информации (к примеру, служебной или коммерческой тайне). За торговлю ценными бумагами с использованием неконкурентных закрытых данных преследуют уже давно – в Америке соответствующий закон приняли в 1934-м.

Из неналоговых экономических преступлений такие преступления считаются чуть ли не самыми опасными после мошенничества – поэтому за них в некоторых странах даже дают уголовный срок (например, в США). Конечно, до него доходит далеко не всегда – только в случае особо крупного размера сделок или длительности и наглости махинаций. К примеру, бывших аналитиков инвестиционных банков Goldman Sachs и Merril Lynch посадили на 3 года за незаконное обогащение на инсайдерских сделках на слияниях и поглощениях в размере нескольких миллионов долларов, а за «самую крупную в истории инсайдерскую схему» на $60 млн ее создатель Радж Раджаратнам получил 11 лет и штраф в $93 млн. И это только половина от максимума – по американским законам самые жесткие санкции за подобные правонарушения составляют 20 лет тюремного срока.

Правда, за меньшие суммы обычно в камеру не отправляют – часто процесс заканчивается требованиями возвращения прибыли, финансовым наказанием (как правило, двойным по сравнению с незаконным обогащением) и запретом занимать определенные посты на несколько лет. Временами дела даже не доходят до слушаний и завершаются досудебными сделками.

Тем не менее, борьба с инсайдерской торговлей пока в основном проигрывается: по оценкам SEC, около трети всех сделок на фондовых рынках происходят с учетом ознакомления с непубличной информацией. Просто их очень трудно доказать – ведь у факта знания чего-либо не так много физических подтверждений, годных к представлению в суде. Однако соответствующее законодательство есть практически в каждой стране: например, в России ПАО «Газпром» для исключения возможности инсайдерской торговли запрещает сделки со своими акциями перед публикацией важных отчетов, а в США любые менеджеры с ценными бумаги своих компаний обязаны подавать в SEC специальные разъясняющие формы перед покупкой или продажей.

Для подозрений в адрес Вольффа есть основания: он дружит со Строллом, работает в другом акционере «Астон Мартин» и давно знает нового гендиректора завода

Для доказательства вины в инсайдерской торговле расследователи должны показать: подозреваемый обладал информацией о будущем компании, недоступной в публичном поле. Обладал ли внутренними источниками о перспективах «Астон Мартин» шеф «Мерседеса»? О да, еще как.

Во-первых, Вольфф и Стролл – не просто соперники по «Ф-1», но еще и друзья (да, так бывает). Авторитетный журналист Racefans Дитер Ренкен, проработавший в паддоке больше 30 лет, рассказывал, будто Тото и Лоренс сблизились после смерти Ники Лауды в 2019-м – и с тех пор начали вместе путешествовать между Гран-при.

Инсайд о тесных отношениях шефа чемпионов и владельца «Рейсинг Пойнт» подтвердили и другие люди со связями в паддоке – причем максимально авторитетные.

«Мистер Вольфф был моим бизнес-партнером – я привел его в «Формулу-1», хотя кое-кто не хочет ничего об этом слышать», – признавался бывший шеф «Форс-Индии» (нынешний «Астон Мартин») Колин Коллес в начале 2020-го. – Его (Вольффа) называют ручным псом мистера Стролла. Это цитата Берни Экклстоуна».

«Вольфф сблизился с Лоренсом. Он знает, с кем нужно дружить», – рассказывал в прессе сам бывший супремо «Ф-1» примерно тогда же.

Более того, в начале 2020-го слухи о дружбе шефа «Мерседеса» со Строллом выросли даже в предположения о грядущем назначении Тото боссом «Астон Мартин» в Гран-при – или даже на должность директора всего завода. Вольффу пришлось много раз все опровергать.

Зато примерно месяц спустя первой волны слухов и опровержений шеф «Мерседеса» как раз и купил акции головной компании – мир узнал о сделке 18 апреля. А через два дня Лоренс Стролл возглавил совет директоров и перехватил принятие ключевых решений.

Еще месяц спустя английский бренд ждало более важное назначение – 26 мая исполнительным директором компании стал бывший босс спортивного подразделения «Даймлера» Тобиас Моерс. Раньше он руководил тюнинг-ателье AMG (принадлежит немецкому концерну) – под его управлением «Мерседес» гонялся в DTM, GT3 и других сериях, и с Вольффом было надежное взаимодействие (а сейчас еще активнее – W12 оклеили логотипами AMG словно спамом).

«Я давно знаю Тобиаса Моерса – нового руководителя компании, – признал Тото через пару месяцев. – Полагаю, он сможет развернуть бизнес в нужном направлении. Очень сильная группа совладельцев не позволит «Астон Мартин» пойти на дно».

В итоге в октябре того же года произошло значительное усиление связей с «Мерседесом»: стороны заключили соглашение о технологическом партнерстве, «Даймлер» нарастил долю в британском бренде до 20 процентов и пообещал помощь в разработке и строительстве новых машин (в том числе гибридных). Также немецкая компания оказалась по сути вторым держателем акций после самого Стролла.

Именно объявление о расширении сотрудничества с «Даймлером» и вызвало сильный интерес регулятора немецкой фондовой биржи – после него акции «Астон Мартин» здорово прибавили в цене. По сравнению с серединой апреля прирост котировок пробил отметку в 60 процентов – просто посмотрите на динамику их стоимости с момента покупки доли Вольффом до передачи дела британцам.

(Кружками отмечены два важнейших момента: назначение бывшего босса AMG и объявление о расширении сотрудничества с «Мерседесом»).

Рост, конечно, не выглядит взрывным, но общая ситуация полностью объясняет, почему же немецкий регулятор заинтересовался сделкой. Ведь Тото и правда мог точно знать о грядущих переменах сразу по трем каналам: личной дружбе со Строллом, подтвержденном знакомстве с новым боссом «Астон Мартин» и связями в концерне «Даймлер». Тесное бизнес-сотрудничество по английскому бренду с канадским миллиардером как раз подтверждено покупкой акций – поэтому Вольфф никак не сможет отрицать наличие разговоров или обсуждений судьбы компании с главным владельцем. А вообще не исключается и более проработанный вариант взаимодействия: шеф «Мерседеса» запросто мог как раз и посоветовать Лоренса Моерса, прямо или косвенно повлияв на углубление контактов с «Даймлером».

В любом случае ситуация выглядит подозрительно: у Тото появился шанс увеличить состояние (которое, кстати, оценивается журналом Fortune в $941 млн). Почему же тогда Вольфф купил так мало акций? Вероятно, для меньшей заметности – ведь более массивное вхождение в долю головной организации вроде как прямого конкурента по «Ф-1» выглядело бы чересчур странно и очевидно. Или у шефа «Мерседеса» просто не оказалось больше свободных денег в тот момент – подробнее Вольфф должен рассказать уже сам в ответах на закономерные вопросы британского регулятора.

Расследование же вообще выглядит крайне интересным: в его процессе Тото придется многое прояснить о взаимоотношениях со Строллом, «Астон Мартин» и «Даймлером» вместе с рассказом о бизнес-интересах в автопроме. И необходимость оправдываться перед биржевиками точно отнимет часть времени, сил и энергии от битвы за титул в «Ф-1» – кто знает, как по всесильному боссу семикратных чемпионов ударит перспектива крупного штрафа или даже срока. Ближайшие месяцы будут увлекательными.

Ради «Астон Мартин» миллиардер сбыл яхту, пентхаус, коллекцию спорткаров и гоночный трек. Выручил $450 млн, а долг – еще $1 млрд

Оказывается, шеф «Мерседеса» в «Ф-1» ездил на суперкарах «Феррари». Теперь продает их все – такие стоят $5,6 млн

«Мерседес» продал контроль над командой «Ф-1», но сохранил бренд в Гран-при и ключевого босса. А контракта с Хэмилтоном все нет

Фото: Gettyimages.ru/Clive Mason, Bryn Lennon; globallookpress.com/Dppi/Antonin Vincent

Source: news.google.com

от Анна

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *